февраль 2007

Для многих Вьетнам - это просто полоска земли в три тысячи километров на юго-востоке евразийского континента

Но есть еще Сайгон, Камрань, Вьетконг, Америка, СССР, война - это символы для тех, кому за сорок, и они сливаются в мелодию холодной войны 70-х, 80-х годов. Это и рассказы деда о смекалке вьетнамских крестьян, заманивавших американских солдат в простейшие, но смертельные ловушки в джунглях. О подземных многокилометровых лабиринтах партизан в тылу врага. О советской военной помощи вьетнамским товарищам в обмен на ананасы. И пафосном объявлении по радио и телевидению о позорном изгнании американских захватчиков из бедной, но гордой и такой родной нам вьетнамщины. Эти детские ассоциации подтолкнули меня в путь.

Для тех, кто помоложе и уже далек, слава Богу и Горбачеву, от лютого дыхания мрачных времен , Вьетнам - это отличный климат, который можно выбирать по вкусу (от влажных тропиков до сухих, зимой на юге +30, на севере +16), динамично развивающиеся курорты - Мекка для скайтеров со всего мира, коктейль Б-52, дешевизна всего и вся, особенно качественного питания из морепродуктов, и, естественно, внешне незаметное, но очень уверенное руководство коммунистической партии.

Куда ж без нее родимой. Остановите любого прохожего на улице, и он вам отбарабанит без запинки о том, что после многовековой борьбы за государственную независимость и самоидентификацию вьетнамский народ под руководством партии и товарища Хо Ши Мина изгнал сначала французских колонизаторов и американских оккупантов, а затем при поддержке двух великих соседей - СССР и Китая - начал строить коммунизм.

В 90-е страна сначала забуксовала, но потом, глядя с ужасом на последствия постсоветских новаций , выбрала из двух зол меньшее и десять лет назад шагнула по пути китайских реформ. Задвинув идеологию за грань рыночных отношений, коммунисты начали строить управляемый капитализм , при этом сохранив командные высоты в экономике. Попутно вожди вьетнамского народа воздвигли для себя в центре Ханоя огромную зону за колючей проволокой, очевидно, с намерением достичь на этой отдельно взятой территории состояния коммунистической нирваны.

Возвращаясь от истории к значительно более познавательным реалиям, попробуем выбрать идеальный маршрут путешествия по Вьетнаму. Обычно считается правильным двигаться с севера на юг - от Ханоя до Сайгона, переименованного в город Хошимин, и дальше на пляжи к морю. За этим стоит не просто география страны, а точно продуманный бизнес. Туристам умеют продать все: как действительно уникальные места и памятники древней культуры, так и любую промоину в земле с обвалившейся скалой - надо учиться. В итоге уставший, полный впечатлений, не всегда приятных, и сильно облегчивший кошелек турист под неустанной, продуманной опекой гидов и связанного в жесткую логику с маршрутом сервиса прибывает на юг. Первое открытие ошеломляет - на юге все лучше, чище и дешевле. Против логики турбизнеса я решил сделать все наоборот и слетать в Камбоджу.

ЮЖНЫЙ ВЬЕТНАМ, САЙГОН - всего-то 10 часов перелета из Москвы, и ты в сумасшедшем доме. Полное отсутствие пешеходов. Словно в японском мультике все жители многомиллионного города и страны едут на мотороллерах в светлое будущее, с лицами, полузакрытыми масками от пыли и газов. Хаос движения не поддается даже русскому пониманию, не говоря уж о европейском. На мотороллере помещается все: на руле - связки гусей и кур, спереди и сзади - дети, а на коленях седока - жена или небольшой крокодил.

Непродолжительное пребывание в этом хаосе, и ты в раю: курортная зона Фантьет - молодая, но достаточно развитая. Отели с бунгало или номерами, масса ресторанов, еда и выпивка за смешные по московским меркам деньги. После обеда ветер, и в небо взмывают сотни парашютов скайтеров - ребята на досках ловят ветер и волну. Гостиницы и дома растут со скоростью бамбука: на глазах появляются стены, крыши, пол.

Взяв, как и положено, на прокат мотороллер, я поехал осматривать окрестности и заехал в город Фантьет сбрить бороду и усы. В первой же парикмахерской девочки похихикали, показали опасную бритву, спросили: Окей? Я ответил: Окей! Сел в кресло и понял, что лучше не смотреть. Лезвие, зажатое в тонких девичьих пальцах, уверенно срезало мой волосяной покров на сухую . Через десять минут, а может, и полчаса, я вышел из парикмахерской без единого пореза с твердым желанием выпить. В ближайшем ресторане ткнул пальцем в меню, оказалось - суп. Официант водрузил на стол газовую плитку с большой кастрюлей, принес блюдо с неизвестной начинкой и ушел, предоставив мне самому завершить создание кулинарного шедевра. Поварив, на всякий случай, все это подольше, я с удовольствием выпил рисовой водки и поел. К собственному удивлению, остался жив и по прошествии десяти дней пляжного отдыха продолжил свой нетрадиционный маршрут.

Это 1600 километров и десять дней пути: за окном - малый бизнес, в каждом частном доме - лавка, магазин, парикмахерская, кафе, автомастерская, ателье - как будто одна бесконечная торговая улица - все это проносится мимо и повторяется снова.

Каменистые холмы сменяют равнины, вместо пальм по склонам - сосновые рощи, дорога поднимается в горы. За горным перевалом жара юга уступает место свежести и зелени центральной части. Здесь на высоте 1500 метров французы в начале XX века построили для себя курортный город Далат - город цветов и маленький Париж, прозванный так из-за множества цветов, европейской архитектуры и маленькой Эйфелевой башни в центре. Масса водопадов, озер, речушек и свой вьетнамский Гауди - Сумасшедший дом , так называют гостиницу сказочной архитектуры, автор которой 14 лет обучалась своему ремеслу в Москве.

За горным перевалом дорога, петляя серпантином, снова спускается к морю, воздух теплеет, а торговая улица наконец прерывается кофейными и каучуковыми плантациями - впереди один из лучших вьетнамских курортов.

Город Нячанг - шумный и пасмурный (сухой сезон закончился в октябре), в воздухе и в гостиничном номере - запах рыбы. Городской пляж вдоль изумрудного моря ухожен и отделен парковой зоной. Главные изюминки этого курорта - термальные горячие источники в пригороде Нячанга и дешевый жемчуг. Кроме того, здесь множество островов, идеальных для дайвинга, а также отлично сохранившийся и до сих пор действующий древний комплекс чамских башен VII - XII веков, внутри которых установлены фаллические символы - лингамы, часто становившиеся трофеем во время набегов древних кхмеров.

Поворот на Камрань, которую с XIX века использовал русский флот, и где затем располагалась cоветская военная база вплоть до 2002 года, ознаменован монументом с советским танком. В самой Камрани о российско-советской-вьетнамской дружбе напоминает лишь русский моряк на потрепанном ветром агитплакате.

Кухня сначала кажется французской - лягушки, устрицы, крабы, супы, рис с рыбой и, конечно, кофе. Такого аромата нет даже в Париже, впрочем, нет уже и колоний. Потом вдруг понимаешь, что знаменитая французская кухня очень много позаимствовала из традиционной вьетнамской еды.

И снова в горы, в глубь центрального и совсем не туристического Вьетнама. Редких туристов манят сюда рассказы о полудиких племенах, обитающих близ города Плейку. По прибытии выясняется, что местные дикари живут под бдительной охраной полиции и блок-постов. Специальное разрешение нужно ждать 3-4 дня без гарантии его получения. Времени мало, и я бросаю эту затею. В качестве компенсации заезжаю в место обитания племени бибоо - оно спустилось с гор 20 лет назад. Ну хоть что-то. В своей деревне эти экс-горцы построили на общие деньги затейливое строение с орлом на торце крыши. С виду храм, но какой-то индейский, внутри - огромное пустое помещение с алтарем и католическим распятием, сама служба - странная смесь католицизма и языческих обрядов, очень популярна среди вновь обращенных язычников.

Вообще весь Вьетнам, и особенно юг страны, на удивление плотно застроен новенькими костелами в стиле хай-тек - с неоновыми крестами. Видимо, Ватикан не жалеет средств на экспансию в традиционно буддийский регион с дальним стратегическим прицелом.

По мере продвижения на север меняется не только ландшафт и климат, жизнь становится беднее и труднее. Но подъем экономики и уровня жизни виден и здесь. Везде, во всех провинциях люди строят дома, развивается малый и средний бизнес. Качество и дешевизна труда, а также благоприятные инвестиционные условия привлекают иностранный капитал. Многие крупные бизнесмены переводят сюда свои производства из Китая и Индии.

За два часа до Нового года наконец въезжаю в Хойан - древний торговый город, заложенный в XVI веке, музей под открытым небом, он под эгидой ЮНЕСКО. 844 здания исторических памятников и ни одного свободного гостиничного номера...

Отчаявшись, ломлюсь в самый дорогой отель - праздничные столы накрыты прямо в огромном холле, заполненном накрахмаленными европеоидами: чопорные англичане с дамами, шумные немцы с женами и детьми, французы с женщинами и редкие русские с красавицами, уныло глядя друг на друга, угрюмо выпивают, провожая, видимо, нелегкий 2006 год. Вьетнамский персонал сообщает, что мест нет, однако на выходе меня догоняет немецкий менеджер, спрашивает, откуда я, и быстро находит номер.

Хуе - последний город центрального Вьетнама. Бывшая императорская столица полна гробниц, дворцов и памятных мест, особенно связанных с жизнью последнего императора Бао Дая. Бао Дай правил Вьетнамом до 1945 года, нарушил традицию многоженства, повоевал с Хо Ши Мином и после поражения, несмотря на возможность остаться в стране и даже избираться в парламент Демократической Республики Вьетнам, покинул родину и тихо прожил свою жизнь во Франции, где скончался в 1997 году.

Столица Вьетнама Ханой шумна, строга, у мавзолея Хо Ши Мина - почетный караул. Все, как у старшего брата . В старом центре много озер, домов в колониальном стиле и древних пагод, которые не менее популярны, чем места, где жил, работал, боролся и сохранен товарищ Хо Ши Мин. Таксисты в столице по-английски не разговаривают, возят кругами и делают вид, что не понимают, чего от них хотят.

В последний вечер случайно знакомлюсь с мистером Лю, 50-летний вьетнамец с китайскими корнями, за мензуркой вьетнамского бальзама наконец рассказывает мне про внутренний Вьетнам: Нынешний Вьетнам - это внутренний Вьетнам. Лаос, Камбоджа и Север Таиланда - это большой Вьетнам, который обязательно появится после завершения реформ... Вот такая геополитика.